«И зачем мне быть сиделкой для дедули? Что ты мне дашь? Квартиру? Машину?» — эти слова, произнесенные губами молодой, всего лишь двадцатичетырехлетней девушки, прозвучали настолько спокойно, естественно и обыденно, что я в эту секунду впервые за долгое время почувствовал себя не успешным мужчиной в самом расцвете сил, а каким-то запылившимся, уцененным товаром на полке супермаркета, который менеджеры просто забыли вовремя списать и выбросить. В тот вечер, сидя в уютном ресторане на Подоле в Киеве, пока за окнами медленно сгущались прохладные сумерки, я впервые в жизни так остро и болезненно осознал, что мир окончательно перевернулся с ног на голову. Когда тебе сорок три, ты внутри все еще чувствуешь себя молодым, полным энергии, планов и амбиций, однако окружающая реальность уже безжалостно записывает тебя в категорию пенсионеров, совершенно не стесняясь выставлять прайс-лист на отношения прямо в лицо — без намеков, без красивого флирта, без романтической игры.
Мне сорок три года, я никогда не был официально женат, хотя в моей жизни, конечно, случались долгие и серьезные отношения: дважды я жил сожительством с женщинами по два года, это были нормальные, живые, человеческие периоды без лишних драм и измен, а когда мы понимали, что чувства остыли, расходились спокойно, как взрослые люди. Я всегда искренне полагал, что отсутствие бывших жен, алиментов, судебных разделов имущества и тяжелого психологического багажа — это мой огромный плюс, а не минус, ведь я чист перед новыми отношениями и не стану сравнивать женщину с прошлым опытом. Но, как оказалось на практике, в современной реальности украинских мегаполисов это воспринимается не как преимущество, а как подозрительная аномалия, будто если мужчина не женился до сорока лет, значит, с ним сто процентов что-то не так, скрытый брак, дефект характера или он просто не прошел социальную сертификацию.
Недавно я твердо решил: пора, мне очень хочется настоящую семью, хочется видеть рядом любимую женщину — красивую, ухоженную, молодую, и я не буду лукавить перед самим собой, ведь мне действительно хотелось девушку до двадцати восьми лет, чтобы она радовала глаз, а друзья с легкой завистью спрашивали, где я нашел такую красавицу. Я не видел в этом желании ничего постыдного, поскольку я мужчина, я много работаю, неплохо зарабатываю, у меня есть собственная просторная квартира, хорошая машина, я не пью, не курю, слежу за своей формой и внешностью, поэтому казался себе вполне достойным и ликвидным вариантом на рынке невест. Но этот самый рынок, как выяснилось на первых же свиданиях, уже давно живет по совершенно иным, циничным законам, где я оказался вовсе не покупателем, который выбирает, а товаром, причем далеко не самым востребованным и популярным.
Первое свидание было с девушкой двадцати шести лет, мы познакомились в популярном приложении, переписывались неделю, она искренне смеялась над моими шутками, писала, что я очень интересный и с умным мужчиной всегда легко общаться, так что я уже мысленно радовался нормальному человеческому контакту без перекосов и требований. Но стоило нам встретиться в кафе, как весь романтический флер мгновенно испарился, и диалог перешел в плоскость жесткого собеседования, где меня начали проверять на финансовую устойчивость с первых минут. Девушка оценивающе осмотрела меня с ног до головы и совершенно спокойно, без всякой неловкости, задала вопросы о марке моей машины, праве собственности на недвижимость и уровне ежемесячного дохода, будто спрашивала, какой кофе я предпочитаю пить по утрам. Когда я, не выдержав натиска, прямо спросил, что именно она ищет в мужчине, она улыбнулась и честно ответила, что ищет комфорт и партнера, способного закрыть все ее материальные потребности, выкатив это заявление прямо как прайс-лист.
Второе свидание с двадцатичетырехлетней красавицей, которая выглядела как идеальная картинка из социальной сети, обернулось еще большим ментальным шоком, когда после роскошного ужина, полностью оплаченного мной, разговор зашел о совместном будущем и детях. Она посмотрела на меня с легкой иронией и прямо спросила, почему молодая и привлекательная девушка, у которой есть огромный выбор среди сверстников, должна выбрать именно меня, сорокатрехлетнего мужчину. Мои рассуждения о любви, духовной совместимости, взаимном уважении и верности она просто проигнорировала, пожав плечами и заметив, что чувства вторичны, а сначала идет материальная база. Именно тогда из ее уст и вылетела та самая хлесткая, уничтожающая фраза про сиделку для дедули, после которой я вышел из ресторана с четким ощущением, что меня только что разобрали на запчасти, оценили по рыночной стоимости б/у товаров и выбросили за ненадобностью.
Это свидание оставило глубокую, кровоточащую рану в моей душе, однако самое страшное заключалось в понимании того, что это не единичный случай и не просто капризная испорченная девчонка, а устоявшаяся, циничная система современных ценностей, где человеческие чувства полностью стерты. Третья история окончательно добила мою веру в романтику, когда двадцатисемилетняя женщина, которая сама первая проявила инициативу в сети, активно флиртовала и присылала красивые фотографии, однажды вечером прислала мне голосовое сообщение, где прямым текстом заявила, что ей нужен мужчина для полного содержания, так как она устала работать на износ и хочет жить в свое удовольствие, а если я не готов спонсировать ее жизнь, то лучше не тратить общее время. На мой совершенно ошарашенный вопрос о том, что же она сама готова дать мужчине взамен на такое обеспечение, она лишь звонко рассмеялась в трубку и с поразительной легкостью ответила: «В смысле что? Себя! Свою красоту, молодость и присутствие рядом с тобой».
В этот момент внутри меня будто что-то громко щелкнуло, словно лопнула струна, натянутая до предела, потому что этот ответ «себя» прозвучал как предложение коммерческой услуги или покупка пакета «все включено», где за подписку нужно платить огромные деньги вперед, и самое абсурдное — эти девушки искренне не понимают, что в такой логике не так. Они не стесняются, не прячутся за масками скромности, а сразу выставляют жесткие условия контракта, и если ты им не подходишь по пунктам, тебя просто списывают без лишних эмоций, жалости или сожаления. И знаете, что во всей этой истории является самой ироничной и болезненной правдой, которую я сначала упорно отказывался замечать и признавать в глубине своего сердца?
Я ведь очень долгое время был свято уверен, что вся проблема заключается исключительно в современных меркантильных женщинах, которые испортились, стали алчными, эгоистичными материалистками, думающими только о деньгах и красивой жизни за чужой счет. Но чем больше я анализировал эти пустые, бездушные свидания, чем больше слушал одинаковые холодные монологи, тем яснее передо мной открывалась горькая истина: дело было не только в них, дело было во мне самом. Я ведь сам пришел на этот циничный рынок с потребительским ожиданием «выбрать» себе красивую, молодую, удобную живую игрушку, которая бы украшала мою жизнь и вызывала зависть окружающих, но неожиданно оказался в позиции, где по тем же самым потребительским законам начали оценивать и выбирать меня. Я искал исключительно внешность и молодость, а они искали ресурс и стабильность; я хотел, чтобы женщина «радовала глаз», а они хотели, чтобы мужчина «закрывал потребности», и в этой извращенной рыночной логике все оказалось предельно честно, хоть и невероятно гадко.
Осознание того, что в тебе не видят человека, мужчину с его душой, переживаниями, внутренним миром и сердцем, а воспринимают лишь как финансовый проект с ограниченным сроком годности, наносит самый тяжелый удар по самолюбию. Наверное, я действительно непоправимо опоздал, и мне нужно было строить семью двадцать лет назад, когда люди еще умели любить искренне, просто за то, что ты есть рядом, а отношения не напоминали подписание договора купли-продажи в нотариальной конторе. Я слишком долго жил в сладкой иллюзии, будто время работает на меня, и мужчина с годами только дорожает, как хорошее коллекционное вино, но холодные огни вечернего Киева теперь казались мне чужими, обнажая мое полное одиночество и оставляя один на один с пониманием: чтобы получить то, о чем я мечтаю, мне нужно либо сломать себя и принять эти правила игры, либо снизить планку своих запросов, к чему я пока абсолютно не готов.